Книга дня: «Образ коня в изобразительном искусстве Якутии», Национальный художественный музей Республики Саха (Якутия)
23.06.2021

Конь – один из наиболее ярких и подлинно национальных образов в эпосе, изобразительном искусстве, народно-песенном творчестве. В произведениях художников конь выступает носителем разных характеристик. Альбом-каталог знакомит читателей с творчеством Афанасия Мунхалова, Лаврентия Неофитова, Терентия Аммосова, Исая Капитонова, Владимира Малышева, Алексея Евстафьева, Иннокентия Корякина и многих других.

Отрывок из книги:

«Конь у якутов – животное небесного происхождения. Неслучайно в древней мифологической традиции сама вселенная отождествляется с прекрасным жеребцом в расцвете сил – айгыр силик. Едина и мифологическая генеалогия коня и человека – вначале был конь, от которого произошло существо, соединявшее в себе черты коня и человека – кентавр – образ поистине поразительный, сочетающий человеческое и животное, разумное и стихийное, а от него и родился человек.

Конь – один из наиболее ярких и подлинно национальных образов в эпосе, изобразительном искусстве, народно-песенном творчестве. В искусстве красочное, выразительное описание коня рельефно проявляет образ самого народа создателя олонхо – скотовода и ценителя коня. Можно сказать, что в системе анималистических образов якутского изобразительного искусства конь, безусловно, занимает главенствующее место.

В произведениях художников конь выступает носителем разных характеристик. Он – олицетворение мощной неукротимой стихийной силы, не признающей преград, и вечный спутник героя, разделяющий все радости и печали Срединного мира, и символ чистоты, идеала, нередко глубоко трогательный лирический образ. Прекрасные белые кони в картине «Коневоды. Белые ночи» А.Н. Осипова – символ неразрывной духовной связи людей и родной земли. Недаром родовой коновязный столб – сэргэ стал основой круговой композиции в полотне. Человек и его лошадь – части нескончаемого круговорота жизни. Сосуществуя с человеком, конь словно обретает духовность, которая является отражением человека, им владеющего. Порой неистовые кони полны внутренней энергии и силы, их буйное движение – символ свободного духа.

К смысловому центру культуры Саха принадлежит образ всадника. Это эпический образ небесного воина-заступника. Его конь – предназначенный свыше верный друг и соратник, помощник в поединке, вписан в мировую гармонию взаимного служения. В творениях мастеров-косторезов мы отмечаем неразрывность образа человека и животного, их взаимодополняющее единство. (А.В. Федоров «Василий Манчаары». 1946; С.Н. Петров «Якутский воин». 1967).

Отдельный образ коня донесла до нас фольклорная, народная традиция, с которой связано творчество многих якутских художников. Этому образу присуща художественная цельность и завершенность, его знаковая отточенность свидетельствует об образе коня как о глубоко сакральном символе. В полотне К.П. Гаврильева «Алгыс» условное композиционное и колористическое решение словно восходит к архаичному искусству. В этом полотне все символично – цвет, ритм идущих фигур, белый конь у коновязи… Та же знаковость присуща графическим произведениям В.С. Парникова, В.С. Карамзина, листу из триптиха «Нюргун Боотур Стремительный» В.Р. Васильева.

В якутской культуре образ коня порой носил очевидный магический смысл. Влияние его культа особенно заметно в материальной культуре, в которой мы нередко встречаем стилизованные изображения почитаемого животного, угадываем его в архитектонике деревянной утвари и ритуальной посуды. Часто используемый в повседневной жизни конский волос применялся для украшения жилищ, кумысной утвари, он символизировал самого коня, который выступал в роли хранителя и защитника. В эпосе красочное описание конского верхового снаряжения подчеркивает ценность и значение, придававшееся его оформлению.

Несмотря на изменения, продиктованные новыми условиями жизни и заимствование новых художественных элементов, обогащавших народное искусство, образная структура конского убранства сохранила изначальный образ. В создании предметов конского убранства воплотилось некое «врожденное» пластическое видение мира и опыт наследуемого мастерства. В изготовление и художественное решение седла, сбруи мастера кузнецы вкладывали весь творческий опыт и навыки.

Все детали парадного убранства коня подвергались насыщенной орнаментальной декорировке, широко применялись приемы ковки, литья, гравирования, чеканки (Неизвестный мастер XIX в. Узда конская; Неизвестный мастер XIX в. Седло конское женское. 1857). Искусно расшивались чепраки и кычимы, конструктивная организация которых вырабатывалась веками. Каждая орнаментальная линия, узор имели благопожелательный смысл – приносить счастье и удачу владельцу. Целостность формы предмета выступает как материальное воплощение информации, как носитель эстетической и художественной ценности неотделимой от утилитарной функции (А.Е. Сивцева «Дорожный комплект: чепраки переметная сума». 1989).

Образ коня в якутском изобразительном искусстве связан не с идеей противоборства, обуздания и укрощения его человеком, а скорее, с образом их единства, духовного порыва. Конь возносит своего всадника, они соединены судьбой во вселенной, неделимы в предстоянии мощи природных стихий».

Источник: Образ коня в изобразительном искусстве Якутии: [альбом-каталог] / Серия «Музей и художник», Национальный художественный музей Республики Саха (Якутия) [авт. ст. Анна Петрова]. - Якутск: ЯНЦ СО РАН, 2006.